…А замашки остались прежние?

Елена Бывшева
Елена Бывшева

Сегодня мы вновь обращаемся к ситуации в областном управлении Федеральной службы судебных приставов. Оснований для этого два. Во-первых. В мае нынешнего года в этой структуре сменился руководитель. Место А. Канищева заняла орловчанка Е. Бывшева. Контракт с Канищевым был расторгнут досрочно, примерно за пять месяцев до истечения срока его действия. Возможно, этому поспособствовали наши критические публикации о происходящем в "недрах" этой службы. В одной из них — «Канищев в "замазке"» — был фрагмент, который уже находившийся в отставке Александр Анатольевич решил оспорить в суде и получить с редакции миллион рублей в качестве компенсации морального вреда. Вот этот фрагмент: «Некоторое время назад на улице Дуки строилось новое здание для брянских приставов. Одновременно на улице Вознесенской в районе Городищенской горки возводился дом для Канищева. На канищевской "стройке века" вкалывали работники по обеспечению деятельности судов. Они не могли не заметить, что на двух стройках используются одни и те же стройматериалы — кирпич, черепица… Но ещё занятнее вышло с установкой такого пикантного приспособления, как биде. Их было заказано два. А установили в новом здании УФССП одно... Второе пропало, было сказано — разбилось. Но приставы-строители обнаружили точно такое же биде в доме на Вознесенской, заподозрив, что это и есть то самое "разбившееся"».

Рассматривавшая дело судья С. Марина пришла к выводу, что понимание истцом этих сведений «является отражением его субъективного восприятия приведённой информации». Не более. И оставила исковые требования Канищева о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда без удовлетворения. Судебный процесс получился довольно занятным. Бывший главный пристав области представил в качестве доказательства датированную 1-м августа текущего года бумагу на официальном бланке УФССП, за подписью одного из своих бывших заместителей, которая, по замыслу, должна была опровергнуть изложенные в публикации сведения. Но, как выяснилось в ходе судебного разбирательства, бумага эта — "кривая", а номер, указанный в ней, ещё в начале года был присвоен совершенно другому письму, направленному приставами в Брянскую городскую администрацию.

Но, конечно же, не только этот процесс заставил нас обратиться к старому адресу — УФССП по Брянской области. В начале ноября областное управление покинул начальник Межрайонного отдела судебных приставов по особым исполнительным производствам Роман Викторович Машинистов, уволенный, как он сам написал в своём обращении в редакцию, «в связи с неисполнением без уважительных причин должностных обязанностей». «Это, — добавил тут же, — официальное — удобное для руководства основание увольнения». Далее следовали пояснения. Роман Викторович, отработавший в службе 17 лет и занимавший до недавнего времени во внутриведомственной иерархии довольно заметное место, поясняет, что он пал жертвой нежелания «в гонке за показателями грубо нарушать закон к ущербу правам граждан и организаций», а также нежелания его руками «решать иные "шкурные" интересы действующего и прошлого руководства». Тут же он описывает, в чём выражалось такое нежелание: «Руководством УФССП России по Брянской области в лице заместителя руководителя Управления Осипова В.В. и начальника отдела организации исполнительного производства Лупановой Е.В. с сентября 2016 года по настоящее время в гонке за показателями подчинённым сотрудникам ставятся задачи по применению ими мер принудительного исполнения по незаконному списанию денежных средств со счетов должников, обращению взыскания на их доходы, ограничению права выезда за пределы РФ». В следующем абзаце читаем, что скрывается за незаконностью списания денежных средств со счетов должников, обращения взыскания на их доходы и ограничения права выезда за границу. Эти меры, как оказывается, по закону "Об исполнительном производстве" (ч. 2 ст. 68) применяются приставами после получения должником соответствующего документа и по истечении пятидневного срока для добровольного его исполнения. Но из-за нехватки средств на почтовые расходы, бумагу и ГСМ этот главный документ с 2016 года должникам «поступает крайне нерегулярно». То есть отсутствуют доказательства надлежащего извещения должников о том, что они — на долговом "крючке", а значит, нет и правовых оснований реализации принудительного взыскания долгов.

Роман Машинистов

Роман Машинистов

Г-н Машинистов сообщает, что не раз письменно докладывал руководству об этом, но те же Осипов и Лупанова «в погоне за красивыми, но незаконными "показателями" заставляют судебных приставов не считаться с приведёнными требованиями законодательства». Страдают и бедняги-приставы, и граждане, организации. Говорит автор обращения и про «неединичные случаи незаконного списания со счетов должников средств материнского капитала и иных социальных выплат». Всё это носит массовый и системный характер уже более года и поэтому, как считает уволенный пристав, «впору говорить о необходимости проверки наличия в действиях соответствующих руководителей УФССП России по Брянской области признаков состава преступления, предусмотренного статьёй 286 УК РФ (превышение должностных полномочий)». Он напоминает и о том, что уже было предметом обнародования в наших "канищевских" публикациях — что на протяжении нескольких последних лет по указке брянского руководства службы судебных приставов показатели массово выполнялись путём фальсификации (должностного подлога) исполнительных производств, что привело к возбуждению и расследованию ряда уголовных дел. По одному из них в конце сентября в отношении начальника отдела — старшего судебного пристава из города Сельцо вынесен обвинительный приговор, в то время как он всего-навсего выполнял незаконную волю начальства.

Что же получается?! В брянской службе сменился руководитель, а замашки остались прежние? Г-н Машинистов отвечает и на этот вопрос: дело в г-же Бывшевой, которая «по её словам получила от центрального аппарата ФССП неограниченные полномочия в части наведения порядка в Брянском Управлении в целях достижения соответствующих показателей», «то есть Осипов и Лупанова под покровительством Бывшевой, обладающей "корпоративным иммунитетом", забыв о соблюдении законности, фактически "стряпают показатели", массово и системно нарушая права граждан и организаций». Машинистов пишет, что не раз говорил прежнему и новому руководству, что при отсутствии должной материально-технической составляющей не сможет обеспечить законное и эффективное исполнение указаний, что не будет «"рисовать" незаконные показатели за счёт карманов граждан и организаций». Его неоднократные служебные записки о необходимости увеличения средств на отправку почтовой корреспонденции, приобретение бумаги, ГСМ и оргтехники оставались без удовлетворения. В отместку начальство с июня нынешнего года начало готовить почву для его увольнения. Опустим приведённые детали травли. Обратим внимание на признание попавшего в опалу пристава в том, что "догадываясь" о его обращениях в компетентные органы, руководство управления создало видимость нарушений с его стороны, «выявляемых в ходе проводимых проверок». Более того, должностными лицами отдела противодействия коррупции уже после увольнения Машинистова «проводятся мероприятия, направленные на фабрикацию уголовного преследования по надуманным основаниям, …руками этого подразделения с должностными лицами, не желающими в массовом порядке нарушать закон, фактически бесцеремонно сводятся счёты».

А теперь главный вывод от г-на Машинистова: «Я далеко не первый, кого "выдавила" система ФССП, возводящая в культ не восстановление прав взыскателей, а "цифры"... После моего увольнения справедливости ради надо сказать, что та же Лупанова ходатайствует об увеличении штата и снижении количества исполнительных производств в межрайонном отделе. Спешно выделяются денежные средства на отправку почтовой корреспонденции и ГСМ. То есть после того как "выдавили постылого начальника", для нового руководства отдела спешно создают благоприятные условия. Теперь, когда меня уволили с государственной службы и я не связан соответствующими запретами и ограничениями, могу публично и открыто говорить о массовых нарушениях в борьбе за показатели в УФССП России по Брянской области за счёт людских карманов. Изложенная информация объективно подтверждается собранными мною документами».

Мы сочли приведённые сведения заслуживающими как минимум внимания. Связались с Романом Викторовичем, чтобы уточнить, что конкретно стоит за некоторыми его формулировками. К примеру, более развёрнутой информации заслуживает факт его обращения в неназванные компетентные органы. Не говорится ничего об их реакции на это обращение. Как выяснилось, 31 октября он обратился с заявлением в областное УФСБ, а уже 3 ноября — был уволен. По мнению Машинистова, между двумя этими событиями имеется непосредственная связь — скорее всего, руководству Службы судебных приставов "маякнули" об этом его заявлении, и от него решили по-скорому избавиться. Но более всего бывшего пристава заботит тот факт, что уже три недели прошло, а никаких следов проверки по своему заявлению он так и не заметил. В связи с чем был вынужден обратиться на днях в федеральные правоохранительные структуры.

Попытались мы связаться и с руководством областного управления Службы судебных приставов. Но наши попытки дозвониться до него через приёмную и ведомственную пресс-службу не принесли успехов: телефоны то не отвечали, то издавали короткие гудки. Остаётся сказать, что теперь у руководства управления есть возможность отреагировать на обнародованные серьёзные обвинения бывшего сотрудника службы — страницы нашей газеты открыты для обсуждения ситуации, которую без натяжки можно назвать общественно важной.

Можно, конечно, отделаться молчанием, но тогда мы будем вынуждены отправить газету с этой публикацией в центральный аппарат Федеральной службы судебных приставов, а также в другие инстанции, которые обязаны следить за порядком в ней. Не только следить, но и хотя бы что-то предпринимать для его наведения.

Николай БАБУШКИН

Читайте ещё