Селекция адвокатов по Михайлову
Опубликовано: № 20–21 (752–753), 20 августа 2020 г.
![Михаил Михайлов](/images/cache/600x400/crop/images%7Ccms-image-000001763.jpg)
Предыстория у этой публикации давняя. Бывая в судах, общаясь в кулуарах с участниками процессов, приходилось то и дело слышать всякое о состоянии областного адвокатского цеха. Всякое — это почти всегда критическое, а то и откровенно насмешливое. Началось всё с осуждения бывшего президента областной адвокатской палаты В. Новикова в марте 2019 года. После его задержания и обвинения в незаконном получении денег казалось, что пробито дно, хуже некуда, и маятник обречён качнуться в противоположную сторону, к неизбежному улучшению ситуации. Но ничуть не бывало. Недовольства в постновиковский период лишь прибавилось. Осенью прошлого года одна молодая претендентка на адвокатский статус, не пряча эмоций, жаловалась в своём обращении к нам на произвол, царящий при принятии в ряды областного адвокатского корпуса. Виной тому, по её убеждению, действия преемника Новикова М. Михайлова. Тогда и состоялся у нас телефонный разговор с 35-летним президентом адвокатской палаты Брянской области. Всего-то общались каких-то 5—7 минут, а осадочек остался прескверный.
Михаил Юрьевич удивлённого вопрошал: а чего, мол, всякие недовольные жалуются в газету, а не в правоохранительные органы, представители которых входят в состав квалификационной коллегии, которая и принимает экзамены у претендентов на статус защитника? Не получив ответа, отрезал: «На эту тему не вижу смысла встречаться». А как, кстати, газета называется, полюбопытствовал посреди своего короткого монолога наш собеседник? Услышав название, заявил, что «мы взаимодействуем с другими СМИ».
Поставили сию историю на паузу, решив понаблюдать за гордо продекларированным взаимодействием. В конце марта представилась первая возможность лицезреть плоды этого гармоничного процесса. Сайт телеканала "Городской" разместил короткую заметку с иллюстрацией, сообщавшую о заседании региональной адвокатской палаты, на котором рассматривались оргвопросы. «Началось оно, — прочитали, — с принесения присяги претендентами, ранее успешно сдавшими экзамен на статус адвоката. Также принято решение о переходе на автоматическое распределение поручений на защиту. Завершилось заседание награждением двоих брянских адвокатов, они получили благодарственные письма и почётные грамоты Федеральной палаты адвокатов». Под текстом — всего один комментарий: «А какой смысл этой статьи?».
Ещё один факт трогательного взаимодействия руководимой г-ном Михайловым палаты "с другими СМИ" обнаружился в середине июля, когда интернет-издание "Брянские новости" (оно же "Брага"), являющееся неофициальным рупором областного правительства, опубликовало информацию, напротив, о лишении адвокатского статуса некоего Дмитрия Фабричёва, вина которого заключалась в том, что он «принимал поручения на защиту вне установленного графика дежурств». Эту вину влёт проштамповали Советский райсуд и апелляционная коллегия облсуда. «В частности, Брянский областной суд, — пригвоздила лишенца "Брага", — подтвердил, что Дмитрий Фабричёв допустил грубые нарушения профессиональных обязанностей адвоката». Судьи отметили, что эти нарушения «безусловно умаляют авторитет адвокатуры, подрывают доверие к институту адвокатуры...». Смысл этого опуса показался тоже неясным, хотя уши заказа не выглядывали, а прямо-таки лезли в глаза. Иначе, если без заказухи, информресурс, получивший такую фактуру, не мог не задаться вопросом: каким образом получение поручений на защиту граждан вне установленного графика дежурств может безусловно умалять авторитет адвокатуры и подрывать доверие к её институту? Это ведь всего-навсего внутренние разборки, до которых тем, в чьих глазах авторитет адвокатуры непоколебим и свят, нет и не должно быть никакого дела.
Но может быть, сор из адвокатской избы вынесен обманутыми или обиженными клиентами? Мы разыскали того самого "подрывника" по фамилии Фабричёв и задали ему эти вопросы. И вот что услышали в ответ:
— Чтобы я что-то умалил, подорвал, опорочил, необходимо, чтобы кто-то на это пожаловался. Никаких жалоб на меня и мою работу не было ни в последнее время, ни с 2002 года, когда я из следователей перешёл в адвокаты. Откуда взялись эти недоразумения с графиками, почему они привели к такой жёсткой дисциплинарной санкции, как лишение статуса не только меня, но и ещё двоих моих коллег? Речь идёт о нашем участии в так называемых государственных делах, когда за защиту граждан, которые не в состоянии заплатить адвокатам, платит бюджет. Я ни разу не обращался за оплатой этих дел, считал их чем-то вроде общественной нагрузки. Раньше и не было такой оплаты, а последние годы государство платит примерно 800 рублей в день. Их можно назвать гарантированной частью адвокатского заработка. Вот эти деньги и стали, как убеждён, и не только я, причиной последовавшей над нами расправы. Тут надо знать нашего Михайлова. Оказавшись во главе областного адвокатского корпуса во многом случайно, он стал предпринимать все возможные усилия для того, чтобы в этой должности удержаться. Для этого начал формировать своё окружение и создавать для него соответствующие условия. Сам без должного опыта работы, без клиентской базы, Михайлов и окружать себя стал такими же. Естественно, эти люди готовы браться за любые оплачиваемые дела. Адвокаты же опытные, мобильные, обладающие к тому же собственным голосом, стали неугодными и попали в опалу. В такие, как понимаю, угодил и я. Тут-то и возникла "эпопея" с графиками. Я, как установили за моей спиной во время инициированной Михайловым проверки, брал себе больше работы, чем следовало по графику, переходил дорогу своим коллегам.
Казалось бы, если всё у вас так жёстко — пригласите, предупредите. Ведь у меня за время работы не было никаких взысканий. Но нет — сразу лишают статуса! А ведь графики, на которые они ссылались, даже не были обнародованы на сайте палаты. Нас, правда, убеждали, что графики были обнародованы, но с ними, мол, уже нельзя ознакомиться, так как их размещали на старом сайте, а сейчас у палаты новый сайт. Во время рассмотрения наших исков в судах руководство палаты реанимировало "старый" сайт на несколько месяцев, загрузило на него материалы и ссылалось на это "доказательство" в суде. Оценки нашим доводам про то, что даты публикации графиков не установлены, суды первой и второй инстанций, увы, не дали. Кстати, сейчас этот понадобившийся на какое-то время сайт снова недоступен.
Не самую лучшую атмосферу в органах управления нашего сообщества дополняет и то, как проводились проверки в отношении адвокатов. Дело в том, что в нашем регионе до сих пор нет регламента проведения подобных проверок. А документ это серьёзный, он согласовывается с руководством судебной системы, правоохранительных органов. Его отсутствие привело к тому, что для получения каких-либо материалов использовались приёмы, с законностью которых придётся разбираться теперь Следственному комитету. Когда адвокатами, не имеющими на то полномочий, изымаются документы из материалов уголовных дел и передаются третьим лицам. Кроме того, я обратился в Минюст и Федеральную палату адвокатов с просьбой дать правовую оценку ещё некоторым фактам. Прежде мало интересовался тем, кто и как нами руководил. Платил по две тысячи рублей в месяц на нужды палаты, и всё. А теперь у меня и моих коллег появилось много вопросов. Ведь многие из нас заметили, что после Новикова в нашей палате усилилась миграция. При Новикове подбор кадров был, можно сказать, точечным, а при Михайлове ворота палаты как на вход, так и на выход открылись намного шире. И это касается не только адвокатов. Если раньше аппарат палаты состоял всего из нескольких человек, то почему теперь он так разросся? Легитимен ли сам Михайлов? Есть основания говорить о том, что статус адвоката ему присвоен незаконно — у него не было необходимого стажа работы по юридической специальности. Соответственно, и последующие его назначения вызывают большие вопросы.
На минуту прервём Фабричёва. Ещё в прошлом году известный брянский общественник, юрист С. Маслов обращал на это внимание в своём послании прокурору области А. Войтовичу. Почему это делал он, давно, ещё до Михайлова, поплатившийся за свою общественную активность адвокатским статусом?
— В своём обращении к прокурору, — говорит Сергей Владимирович, — я выражал чаяния адвокатов, которые в беседах со мной откровенно рассказывали, что происходит в их профессиональной среде. Я воевал с Новиковым, и то, что с ним произошло, было вполне закономерным. Но Михайлов — это его креатура. Он, считаю, появился из новиковского "ребра". Этот парень, на мой взгляд, главное сейчас препятствие при повышении качества и авторитета адвокатской профессии. Сам посредственность, он посредственностями себя и окружает. Причём отнюдь не лишёнными корысти. Меня удивляет только одно — как ловко сумел он подмять под себя коллег, лишить их чувства собственного достоинства.
Фабричёв, соглашаясь с тем, что без Новикова Михайлов не мог совершить такую головокружительную карьеру, добавляет:
— Всё же Новиков поработал не один год в суде. Он был более независим и справедлив и понимал роль адвокатов. Для него главным было отсутствие жалоб от клиентов. И он больше всего опасался свары внутри адвокатского цеха, зная, каким роскошным подарком это будет для следователей, прокуроров, судей, на чьи ошибки, а то и на прямой произвол вынуждены публично указывать адвокаты. При Михайлове же, как видим, свара лишь крепчает.
Очередным её актом стала череда судебных разбирательств по искам пострадавших адвокатов. Их уже семеро. Советский райсуд штампует отказы в удовлетворении их требований, областной — их проштамповывает.
— Ни в Советском райсуде, ни в апелляционной коллегии облсуда, — рассказывает Фабричёв, — я не получил оценки моим доводам. Остаётся надеяться, что в саратовском кассационном суде их рассмотрят как должно.
Иван УХВАТОВ