«Дело Денина»: предварительные итоги

Опубликовано: № 37 (569), 23 октября 2015 г.
Темы: Н.В. Денин, Денин: путь на скамью подсудимых

Н. Денин общается с журналистами в зале суда (фото: Игорь Редкинг | БрянскToday)
Н. Денин общается с журналистами в зале суда
(фото: Игорь Редкинг | БрянскToday)

На этой неделе вышел на финишную прямую судебный процесс по обвинению бывшего губернатора Николая Денина в незаконном выделении из областного резервного фонда 21,8 миллионов рублей на ликвидацию последствий взрыва кормоцеха на подконтрольной его семье птицефабрике "Снежка" в октябре 2011 года. Руководит процессом председатель Советского райсуда Брянска А. Устинов. Тот самый, который несколько лет назад, будучи ещё членом областного суда, председательствовал на другом шумном процессе, в котором фамилия тогдашнего губернатора, хоть и не часто, но также фигурировала. Тогда на скамье подсудимых оказались члены так называемой "саранской" организованной преступной группы, лидерство в которой приписывалось бывшему депутату Брянского горсовета В. Кириенко. Наше издание достаточно подробно анализировало ход того разбирательства, оставившего крайне противоречивые впечатления. Такие же противоречивые были сделаны и выводы.

Шумным тот процесс стал благодаря одному из эпизодов — о покушении на вице-губернатора А. Касацкого. Тогда многими рассматривались две версии: по первой, озвученной в 2012 году на страницах нашей газеты одним из бывших соратников криминального авторитета по кличке "Емеля", Касацкого заказал Денин. По второй, так сказать, официальной (за нею стоял бывший начальник УВД М. Климов, которого связывали с Дениным не только формальные отношения), "авторство" расправы над Касацким принадлежало Кириенко. Официальная версия, несмотря на весьма хлипкую доказательную базу, на все неустранимые противоречия и нестыковки, победила. И осмелимся сказать: не могла не победить. И Денин, и Климов после приговора, вынесенного Устиновым на основании вердикта суда присяжных, наверняка вздохнули облегчённо. Худшее, казалось, позади: ведь ответ, который получили всякие злые языки, оформлен в виде судебного постановления, провозглашённого от имени Российской Федерации и скреплённого подписью судьи Устинова.

Прошло не так много времени, и обстоятельства другого уголовного дела свели теперь уже в зале суда бывшего губернатора Денина и его бывшего заместителя Климова. В чём-то их роли поменялись. Теперь Денин уже не начальник Климова. Более того, теперь судьба экс-губернатора зависит и от того, что скажет суду его бывший подчинённый. На предварительном следствии он, по сути, обвинил Денина в незаконных действиях по перечислению бюджетных средств "родной" птицефабрике. До того, как пришёл его черёд давать показания в суде, несколько свидетелей если не отказывались полностью от своих же показаний, которые давали следователю, то делали изумлённый вид: говорил, но не так, или не совсем так, или не совсем то, что зачитали. Их психологическое состояние понять можно: лицом к лицу оказавшись с Дениным, ещё не все готовы воспринимать его без магического должностного ореола. Но ведь протоколы подписывали собственноручно и должны были хотя бы догадываться, что подписи, оставляемые на каждом листе, имеют правовую силу.

И пусть главные выводы по итогам этого процесса впереди, рискнём сказать, что вся эта путаница в показаниях вряд ли способна повлиять на конечные его итоги. Наши немного наивные коллеги из интернет-изданий "Брянск тудей" и "Брянская улица" думают иначе. Первое написало: «Свидетели разошлись во мнениях, был ли взрыв локального или глобального характера. Вероятно, во многом от ответа на этот вопрос и будет зависеть приговор, который вынесут бывшему руководителю Брянской области». Второе, то ли радуясь, то ли печалясь, сообщило, что «Дело Денина почти развалила половина свидетелей обвинения». Ничего подобного: у суда достаточно оснований для того, чтобы посмотреть на действия бывшего губернатора через обвинительную призму. Чтобы утверждать это, надо вспомнить, с какой формулировкой был уволен Денин. Ею бывшему главе региона был выписан "волчий билет" — на грязные куски разорвана деловая репутация, после чего можно рассчитывать лишь на обычную трудовую пенсию. Обоснованием для такой свирепой формулировки должен теперь стать обвинительный судебный приговор по единственному пока оставшемуся в сухом остатке делу о санкционированном Дениным незаконном перечислении бюджетных денег "Снежке". Сможет ли судья Устинов, который тоже "под президентом ходит", вынести оправдательный приговор? Даже если бы в этом деле было гораздо больше неточностей? В оценке всей этой ситуации надо исходить из тезиса, который в нашей стране стал уже общеизвестным: у нас нет независимого правосудия. Особенно бесспорно это звучит, когда рассматриваются так называемые "политические дела" или дела с политической подоплёкой. Независимость, объективность наш суд может ещё изъявлять исключительно на низовом уровне, при рассмотрении мелких преступлений, обычных тяжб. Как только фигурантами становятся вип-персоны или ещё даже кандидаты в них, наши арбитры начинают "ловить" конъюнктурный ветер.

Возвращаясь к процессу над Дениным, спросим, какое принципиальное значение имеет, что Локтикова на следствии говорила, будто Денин прессовал её, продавливая выделение денег, а в суде заявила: не давил? Она же понимает, что на квалификацию и её действий, и действий её бывшего начальника сие обстоятельство не способно повлиять, не это главное. Главное — "золотая" подпись под финансовыми документами, которой подсудимый, по сути, сам подписал себе обвинительный приговор. И Климов непонятно почему бледной тенью заявился в зал суда. Да, он проводил заседания областной комиссии по чрезвычайным ситуациям, да, выполняя настойчивую установку шефа, призывал коллег дать согласие на перечисление денег "Снежке". Но ведь ещё на следствии откровенничал, что не очень большое значение придавал решению комиссии, так как оно носит всего-навсего рекомендательный характер. Трудно сказать, чем вызвана плохая физическая форма бывшего обладателя такой "мужественной" должности, как начальник брянской милиции. Ещё труднее поверить, что его отчаянные терзания спровоцировал только этот момент. Возможно, столь угнетающую роль играют другие составляющие его отношений с человеком, который когда-то помог состояться его генеральской карьере? Не зря же в пору его генеральства, да и после него, всемирная паутина полнилась сведениями, согласно которым тандем Денин-Климов выглядел как связка заурядных уголовников. В то же время Михаил Васильевич — какой-никакой юрист, и должен понимать, что иных неудобных вопросов, кроме связанных со "Снежкой", ему сейчас не будут задавать. Не спросят даже о том, как было позволено работать объекту (речь о взорвавшемся кормоцехе), который построен незаконно? Не спросят потому, что, во-первых, могут всплыть другие криминальные детали, а во-вторых, встанет вопрос о том, чего стоят все контролирующие, надзирающие, правоохранительные конторы, которые составляют нависающий и давящий российский бюрократический слой. Так что копать глубоко не будут, а посему не сильно рискуем ошибиться, если нынешний бледный вид бывшего замгубернатора отнесём на счёт иных, не связанных с Дениным обстоятельств.

В конце наших размышлений, носящих промежуточный характер, выскажем свой прогноз. Ни о каком "развале" "дела Денина" не надо мечтать. У экс-губернатора удручающе невеликий выбор: между реальным и условным сроками. Позже мы ещё поразмышляем об этом более подробно.

Александр ИВАНОВ

Читайте ещё