«Значит, это кому-то нужно…»

Продолжаются интриги вокруг почти построенного за бюджетные деньги предприятия

2011 год. Строительство фабрики ОАО «Брянское мороженое»
2011 год. Строительство фабрики ОАО «Брянское мороженое»

Возвращение к теме многострадального строительства брянской фабрики мороженого обусловлено двумя моментами. В первой нашей публикации «Фабрика мороженого: у точки невозврата», появившейся в номере за 31 января текущего года, устами независимого члена Совета директоров предприятия В. Коробко говорилось о том, что 20 февраля, если не будет погашена задолженность перед строительной организацией "Аракул", строившей фабрику, фабричное недвижимое имущество станет её собственностью. Ну а поскольку и сам "Аракул" в долгах, то его кредиторы, стремясь получить своё, начнут дербанить, а проще говоря — растаскивать по кускам почти построенное, но не запущенное в эксплуатацию предприятие. Но был ещё один момент, ускоривший появление нашей сегодняшней публикации. 31 мая сайт "Брянские новости", являющийся, по сути, неофициальной пресс-службой областного правительства, опубликовал короткую информацию анонимного характера: арестован руководитель строительной фирмы, который, «как предполагают следователи УМВД, вносил ложные данные в акт выполненных работ при строительстве промышленного предприятия и похитил не менее 14 миллионов рублей». Завершающий штрих этого опуса только добавил загадочности: «Сумма причинённого ущерба точно будет установлена по результатам строительно-технической судебной экспертизы». Но уже 3 июня на этом же сайте со ссылкой на пресс-службу брянской полиции была размещена информация о том, что арестант уже освобождён. Названы были и его фамилия, и название строительной фирмы — Муса Бацаев, ООО "Аракул". Брянский облсуд, освободивший Бацаева, названного "горе-строителем", был издевательски поименован "ласковым". Со ссылкой на некоего собеседника в полиции говорилось о возможной причине такой "ласковости": Бацаев — с северокавказскими корнями, там же, в Ингушетии, работал в местном суде нынешний руководитель Брянского облсуда Е. Быков. Намёк — прозрачный, но в данном случае вряд ли уместный. О некоторых повадках г-на Быкова, укоренившихся во время работы на Северном Кавказе, поговорить можно и даже нужно, но, по нашему убеждению, не в связи с метаморфозами вокруг "Аракула". Ну а что же подвинуло наш репрессивный суд, который обычно безропотно проштамповывает 99,9% просьб следствия о заточении своих "клиентов" в узилище, с такой стремительностью освободить г-на Бацаева? Исчерпывающего ответа на этот вопрос получить нам не удалось. Не будем гадать, как не будем и подобно тому же верноподданническому сайту переводить стрелку обвинения во всём, что связано с историей строительства фабрики, в сторону бывшего губернатора Н. Денина, вице-губернатора А. Касацкого и нынешнего зампредседателя облдумы А. Бугаёва. Сегодня есть вещи намного важнее, но как раз их-то и не касается региональная пресса.

Эти вещи заставили пойти на контакт с нашим изданием упомянутого Виктора Михайловича Коробко. Эпопея строительства нового промышленного предприятия на территории области проходила на его глазах. Весь пафос его первого январского интервью сводился к тому, что ситуация с фабрикой совсем не безнадёжно тупиковая, что у губернской власти, губернатора достаточно возможностей избавить бюджет от назойливых трат и передать объект в руки добросовестного инвестора, который доведёт его до ума и введёт в эксплуатацию. Но всё делалось и продолжает делаться как раз для того, чтобы этого не произошло. В той нашей беседе были засвечены и интересанты такого патового положения. В первую очередь — председатель облдумского комитета по физкультуре, бизнесмен С. Антошин, известный региональной общественности как серый кардинал губернатора и игрок на рынке мороженого. В последнем нашем диалоге Виктор Михайлович уже старательно избегал называть эту фамилию, почти слетавшую с его уст, а однажды, когда диктофон был выключен, слетевшую-таки. Начался же наш разговор с обсуждения ареста генерального директора ООО "Аракул".

— Вы — не первый, кто спрашивает меня об этом уголовном деле, — начал наш собеседник, — для меня тут немало непонятного. На протяжении последних почти трёх лет, как в области новое руководство, объект проверялся не раз, изымались документы. И все заключения были положительные. И вдруг, как говорится, процесс остановлен. Напомню, что я несколько раз обращался в областную администрацию с предложением о том, как всё устроить наилучшим способом, исходя, конечно, из создавшегося положения. Но все эти почти три года кроме проверок ничего конструктивного не предпринималось. Торги, буквально вытребованные мной, были проведены бездарно, и возможно — умышленно, чтобы отбить от объекта покупателей. Ну хорошо, не можете или не хотите продать — давайте законсервируем его до той поры, когда можно будет достроить и продать как бизнес. Да, это будет стоить дороже, гораздо дороже. Но и этого не сделано. Тут, когда говорю "дороже", имею в виду в первую очередь, что фабрику продать будет труднее и даже едва ли возможно, если вокруг неё будет к тому же и такая скандальная атмосфера. Никакой инвестор, видя все эти манёвры власти, все эти проверки, посадки, не захочет связываться. Реакция губернатора на моё последнее обращение меня страшно разочаровала. Даже не принято решение законсервировать объект. Он говорит, что знает проблемы предприятия, как о заслуге власти говорит, что обеспечена его охрана. Но даже в вопросе охраны впереди нет определённости.

Когда у первого лица появился заместитель Реунов, которому было поручено вести вопросы экономики, я обрадовался. Тут же написал письмо, был принят им. Он сказал, что по аэропорту найдено решение и по этому предприятию будет найдено обязательно. Давайте, сказал, на две-три недели расстанемся и поищем наилучший вариант. Ровно через три недели он ушёл. Не знаю, как ушёл, но это был, как я увидел, молодой хозяйственник, чувствовалось, что у него есть необходимый опыт, он владел предметом. Для меня его внезапный уход был очередным ударом. Но не устаю повторять, что чисто технически предприятие ещё не загублено и всю эту тёмную возню вокруг него администрация могла бы остановить в любой момент.

Вот некто посчитал, что путём приписок "Аракул" похитил 14 миллионов. А сколько вы должны ему? 56 миллионов. Ну уменьшите долг на 14 миллионов. Разбирайтесь в другом месте, с УКСом, другими участниками этой истории. Но сначала погасите долги. Нельзя же так относиться к 400 миллионам, освоенным на строительстве.

— Давайте обратимся к 20-му февраля. Как развивались события после этой даты?

— Вступило в силу исполнительное производство по отторжению недвижимого имущества, кроме одного незавершённого объекта, "Аракулу". Оборудование же — это собственность областная.

— Но "Аракул" — сам должник. А кредиторы на что заявляют претензии? Дерибан предприятия ещё не начался?

— Основной кредитор — это банк. Другим генподрядчик должен незначительные суммы. Ему удавалось договариваться с ними об отсрочке. И с банком удавалось договориться, хотя эта договорённость юридически не оформлена, банку хотелось бы получить гарантом администрацию, а та уклонилась. Тут надо сказать про сообщение, недавно прошедшее в блоке брянских новостей — прокуратура проводила совещание по этой долговой ситуации. На нём было сказано, что поскольку бюджет на нынешний год профицитный, то вопрос с долгами будет решён. А он по-прежнему не решается.

— Скажите, а вы уверены, что при нынешних раскладах в региональной власти фабрика заработает?

— Конечно, не уверен. Но я продолжу гнуть свою линию пока жив. Хочу разделить сейчас вопросы по возникшему уголовному делу и вопросы перспективы предприятия. Предлагаю провести заседание Совета директоров, принять решения, дождаться результатов судебной экспертизы, хотя я не верю в объективность — никто точно уже не сосчитает, и зафиксировать сложившийся долг УКСа перед кредиторами — 40 с лишним миллионов. Но какие бы вопросы сейчас не возникали, какие бы тонкости не всплывали, принципиальным остаётся вот что: предприятие, которое нужно региону, а почему оно нужно, я уже говорил в начале года, не должно быть загублено. И этим должны проникнуться в первую очередь власти, губернатор лично. Никаких других вариантов. А если оно будет загублено, силовые структуры без труда отыщут тех, кто это допустил. У меня спрашивают: кому выгодно, чтобы фабрика так и не была запущена? Тем, кто находится сегодня у власти. Делается всё наоборот, во вред, и я не вижу перспективы. Несколько раз слышал: "Ты успокойся, не лезь в это дело". Но я, на всякий случай, член Совета директоров. А потом у каждого из нас есть своё земное предназначение, не обусловленное какими-то корыстными соображениями. Я не могу принять сценария, по которому предприятие будет доведено, грубо говоря, до состояния маразма, а затем продано за копейки. Рассказ про всё, что происходит вокруг него, вы можете озаглавить так: "Значит, это кому-то нужно". Здесь искусственно создаётся ситуация тупика. Мне, запустившему в своё время уже два "молочных" предприятия, взирать на всё это тяжко. В лихие, как принято называть, девяностые годы нам удалось запустить гормолзавод. Обстановка была аховая, жили, работали по понятиям больше — и то договаривались, находили выход. А здесь жуть какая-то. Нельзя же годами держать объект на подвесе и рассчитывать, что объявится инвестор. Да он будет при таком поведении шарахаться как чёрт от ладана.

Александр ИВАНОВ