«У нас на установку президента плюют»

Опубликовано: № 3 (662), 31 января 2018 г.
Тема: А. Коломейцев

О. Коломейцева (фото: журнал «Точка! Брянск»)
О. Коломейцева
(фото: журнал «Точка! Брянск»)

На минувшей неделе брянские градоначальники А. Макаров и А. Хлиманков давали свою традиционную пресс-конференцию. Трёхчасовое общение не оставило заметного следа в медиа-пространстве. Один из сайтов посчитал интересным поведать, как скучно было на этот раз журналисту А. Чернову. Но скучно, скорее всего, было не только ему. Наверняка про себя братья-журналисты жалели, что нет среди них ломающего рамки официального приличия одного из основателей медиа-проекта "Вдребезги" А. Коломейцева. Вот уж кто не боялся задавать чиновникам неудобные вопросы, ловить публично их на полуправде, а то и на полном лукавстве. За это он нынче и платит, вынужденный скрываться за границей, посчитав отъезд туда (а многие "смельчаки" называют это бегством) лучшим выходом из положения. Ну а предпринимательские заботы легли на плечи его супруги Олеси. Только сейчас ей открылась вся сложность ситуации, при которой надо уже думать о спасении бизнеса. В конце минувшего года власть придумала, как зажать Коломейцева, натравив на него теплоснабжающее госпредприятие "Брянсккоммунэнерго", возглавляемое земляком предпринимателя, другом его семьи А. Граборовым. Александра предупредили о готовящемся его аресте. Стремительный отъезд не решил проблему. Маховик преследований продолжал раскручиваться. И тогда супруги Коломейцевы, чтобы застраховаться от множащихся неприятностей, решили оформить развод. С разговора о нём и началась наша беседа с Олесей.

— Уехать Александру пришлось, так как ему сказали уехать, его попросту вызвали бы на допрос и посадили. То, что мы решили развестись? Да, развод состоится завтра (Наша беседа состоялась 24 января — прим. авт.). Развод официальный. Вот так. Вот так всё делают наши власти, чтобы развалить семью, бизнес. И до сих пор всё это длится.

— А что конкретно произошло за эти пару недель?

— Во-первых, нам не подписывают договора в тепловых сетях. Это так называемый друг Александра, Граборов. Дана команда не подписывать, не перезаключать. Со второго января я попросту выгоняю полицейских из торговых объектов, они ходят и запугивают арендаторов. Я осталась одна, бизнес веду одна. У нас — миллионные кредиты. А тут полицейские ходят и запугивают, чтобы арендаторы съехали. Разговор какой ведётся? Представители полиции говорят, что на Коломейцева заведено уголовное дело. Но оно на него не заведено. Заведено по факту. Спрашивают, кому носят деньги? Отдают ли они, арендаторы, деньги в руки? Всё — в таком духе. Всё это незаконно. Приходится, грубо говоря, их выгонять. При этом никаких документов не предъявляется. Поэтому им и приходится уходить. Говорят, что они могут заходить даже туда, куда вип-персоны не заходят. Мне они не представляются. На вопрос, кто вас послал, ответ: никто. Просто говорят: имеем право. Ходит их четыре человека, и всё время кому-то звонят. Такое ощущение, что им дают указание, и вот они ждут, пока я уеду. Я не уезжаю, и они не уходят, четверо парней, лет по тридцать. Арендаторы пока воспринимают всё правильно, они всё понимают. Но все — люди же, кому интересны эти проблемы, это запугивание? Фамилию одного сотрудника полиции, который ведёт наше дело, я знаю, это — майор Гришин. Хотя, когда третьего января я была у него, он держал себя очень корректно.

— Многим известна эта история, когда работники граборовского "Брянсккоммунэнерго" шагами изменяли площадь ваших объектов. Теперь к этой работе привлекли БТИ.

— Да, мы вызывали их. Они приходили, обмеряли неотапливаемые помещения. Сейчас они делают полностью новую документацию. Ведут себя эти люди вежливо, можно сказать, безупречно. Теперь будем в суде встречаться с "Брянсккоммунэнерго". С 29 числа начинается судебный этап наших тяжб. "Брянсккоммунэнерго" выставляет нам необоснованные счета, за те объекты, которые не отапливались их предприятием. Какие-то миллионные суммы. Будем в суде разбираться. Для этого всё и обмеряется, обсчитывается. Но если и есть какие-то ошибки, это не наши ошибки.

— А что происходит с вашей баней на Набережной, с которой всё, как известно, начиналось?

— Ничего. Отапливается дровами и углём. Пока она не работает. Я одна не могу вести это хозяйство. Хотела бы продать этот объект, но есть запрет на продажу, договора с нами не заключают. Придумывают, что его надо под снос. Почему под снос? Ну тогда снесите всё, что здесь незаконно построено. Для начала обычно предлагается узаконить. Сейчас, короче, идёт судебный процесс по этому вопросу. Горадминистрация разглядела в доме, который мы реконструировали, культурную ценность. Но надо видеть, в каком состоянии было это строение, только почему-то в порядок его не приводили.

— Выходит, вам сейчас противостоят сотрудники полиции и…

— …Граборов. Как бы друг. Я не хочу давать оценку поведению таких людей. Могу сказать, что он — из породы предателей, которые действуют по обстоятельствам. Они могут сдать любого. Того же Богомаза, всех, если изменятся обстоятельства. Самое скверное — это психологическое давление на арендаторов. Мы же — друг от друга зависим.

— Сейчас-то вы, наверное, понимаете, что причиной всех этих передряг является общественная деятельность супруга, позволившего публичную критику власти…

— Я раньше туда не лезла, занималась своим делом. Но всегда была против этого его блогерства. Понимала, что за этим всем может последовать. У меня четверо детей. Здравомыслящий человек понимает, что у нас, если идёшь против власти, то ничем хорошим это не закончится. Если обо мне, то мне — не до политических игр. Меня более всего беспокоят многомиллионные долги, которые вешает на нас Граборов. Какие долги? Ладно, если выставляете их, то вопрос: а где вы раньше были?

— Некоторое время назад ваша дочь разместила в Интернете петицию с призывом об отставке Богомаза. Как вы на это смотрите?

— Дети разные бывают. Одни поддерживают родителей, другие равнодушны к их делам. У нас старшая дочь — как папа, она его поддерживает. Она — взрослый человек, ей уже 21 год, она имеет право на свой выбор. Она попросту заступилась за отца.

А главный вывод, который я сделала из всей этой дикой истории — это то, что установка нашего президента не издеваться над бизнесом, дать ему возможность развиваться, платить налоги (а мы являемся аккуратными налогоплательщиками, что удостоверено проверявшими недавно наше предприятие налоговиками) на Брянщине не выполняется. У нас на установку президента плюют. У нас бизнес — заложник у власти, наездами на который она обеспечивает себе комфортное состояние.

Владимир ПАНИХИН

P.S. Всё, что происходит вокруг фигуры А Коломейцева, решившего скорректировать свой предпринимательский профиль в сторону критического блогерства, не нуждается в пространных комментариях. Прежде мы в публикациях «По Коломейцеву — пли!», «Побег, которого ждали» на эту тему высказывались. Рассказ о последних событиях супруги Александра, вынужденной после его эмиграции принять на себя бизнес-заботы, интересен тем, что показывает, на что употребляются усилия нашей полиции. Её большезвёздные начальники чуть ли не кровно обижаются, когда обнародуются данные различных общественных опросов, показывающих критически низкий уровень доверия к сотрудникам самой многочисленный силовой структуры, которых часто трудно отличить от преступников. Мы — не юристы и не можем давать юридическую оценку тому, чем занимаются молодые полицейские, проводя "агитацию" среди "коломейцевских" арендаторов. Ясно лишь, что в их действиях наличествуют явные признаки преступления. Не менее интересна моральная сторона этих действий, дающая ответ на вопрос, почему у нас не любят полицию. Можно ли представить, скажем, американского или западноевропейского полицейских занимающимися такими "гнилыми" делами?

Можно понять отчаяние Олеси Коломейцевой, которая в одиночку пытается противостоять столь оголтелому произволу. В одиночку, при полном молчании институтов гражданского общества, к которым относятся (только на самом деле формально относятся) уполномоченный по защите прав предпринимателей, предпринимательский профсоюз, Народный фронт, Общественная палата… Всё это бездействует, лишь имитируя какие-то действия. У Олеси остаётся лишь надежда на суд, этот последний бастион. О том, как он рассудит конфликт "Брянсккоммунэнерго", которым помыкает региональная исполнительная власть, с Коломейцевыми, мы расскажем ближайшее время.

Читайте ещё