Александр Куприянов: «И всё же люди, несмотря ни на что, постепенно просыпаются»

Александр Куприянов
Александр Куприянов

— Объявлены итоги выборов. Они сходу были официальными и некоторыми неофициальными СМИ названы прозрачными, честными, не буду перечислять подобные эпитеты. Вы были их участником, боролись за мандат депутата Госдумы. А вам они какими показались?

— Несостоятельными в плане прежде всего конкурентности. У наших земляков в очередной раз забрали возможность посредством выборов попытаться сделать жизнь хоть немного лучше. Выборы были крайне нечестными, и это уже не новость, особенно для тех, кто хоть однажды принимал участие в выборном процессе. Административный ресурс был по традиции задействован, просто на этот раз его наглость превосходила все ожидаемые и неожидаемые рамки. Произошло это, на мой взгляд, потому, что брянская власть в лице губернатора и его заместителей уверовала в свою непогрешимость. А может, напротив, они пошли ва-банк, пустившись во все тяжкие, чтобы продвинуть в Госдуму человека, который, случись с ними что, мог бы подпереть их бизнес. Не новостью для меня было поведение тех, кто отправляет избирательный процесс, имею в виду руководителей территориальных избирательных комиссий. Во время кампании любезны, улыбаются, говорят, что всё будет честно, а в день голосования — разворот на 180 градусов, всякие попытки сфальсифицировать итоги. Тут и вбросы, и ущемление прав наблюдателей…

— А с какими конкретно наиболее вопиющими нарушениями вы столкнулись в день выборов?

— Я обратил бы внимание в первую очередь на 115-й и 121-й участки в Советском районе Брянска. На 115-м участке с поличным была поймана член избиркома, которая часть бюллетеней благополучно вбросила, а с другой частью произошёл не зависящий от неё сбой. Был составлен протокол, был осмотр места происшествия или преступления. Было обнаружено шесть бюллетеней, в которых уже некто сделал отметку "за Пайкина". Есть соответствующий видеоматериал. Приезжал начальник городской полиции Герасимов. Потом мы с ним столкнулись на 121-м участке, на котором кандидат в депутаты облдумы от КПРФ Константин Павлов обнаружил пачки бюллетеней — не подписанные, без печати, но уже готовые к отправке в ТИК как подписанные. Нас с представителем партии в облизбиркоме, его членом с правом решающего голоса Александром Соломатиным позвал Павлов туда. Там находилось человек 50. Это уже было время подсчёта голосов. Большинство людей — в полицейской форме. Я пробыл там совсем немного времени. Меня майор и подполковник вывели под белы руки, несмотря на показанное им удостоверение. Ну а потом меня на подсчёт не пускал вот этот самый г-н Герасимов с ещё двумя сотрудниками. Никто из них не представлялся, на мои вопросы, почему меня не пускают, были ответы, что на это нет разрешения, моё нахождение среди подсчитывающих незаконно. Попытки мои позвонить начальнику УМВД Кузьмину ни к чему не привели. Соломатина сначала запустили, а потом… На участке находились высокопоставленные чиновники. Там видел замгубернатора Коробко, юриста облизбиркома Володина… Знаю, что имеется видеозапись всего, что там происходило. Она есть у Павлова. По поводу этого инцидента будет наше видеообращение. Скажу сейчас только то, что, по моему убеждению, брянская полиция работала, как и на предыдущих выборах, только на обслуживание областной власти. Где-то, по моему мнению, она способствовала сокрытию преступления. В городе Брянске полиция не с народом. Могу сделать только такой вывод.

— Вы рассказали только о том, что творилось на двух избирательных участках в Советском районе. Ну и ещё на одном в этом же районе были обнаружены двойные списки. В беседах с нами ваши коллеги-кандидаты говорили, что наблюдение за ходом голосования было организовано только в Советском районе. Но голосованием-то было охвачено пол-области.

— Действительно, эффективного наблюдения за пределами Брянска обеспечить не удалось. Как, впрочем, и в некоторых местах областного центра, в Фокинском районе, например. И можно представить, что там творилось... Но наблюдатели сейчас претендуют на некую финансовую поддержку. К сожалению, ни я, ни партия оказать её не смогли. На нескольких участках работали люди "за идею". У меня работали даже члены штаба Навального, они сами попросились. Несмотря на значительные политические расхождения. И сработали они хорошо. Сейчас обрабатывается материал ещё с нескольких участков, и о ещё нескольких преступлениях мы, уверен, узнаем.

— Давайте посмотрим на официальные результаты госдумских выборов. Второе место вслед за фаворитом власти Пайкиным занял мало кому известный выдвиженец "Партии Роста" С. Горелов. Вы — лишь третье…

— Объясню, как сложилась эта ситуация. Мой отрыв от Горелова — всего 209 голосов. По поступившей к нам информации, которую, разумеется, трудно подтвердить, г-н Горелов должен был занять место победителя Пайкина в случае, если бы того снял с выборов Верховный суд. Для такой запасной рокировки было подготовлено всё. Знаю, что была установка загнать меня в "подвал" списка кандидатов. Но не удалось, у меня третье место. Я понимаю, что власти было за что мстить мне. Столько за последнее время было скандалов! Это и кошмар в Трубчевском психоневрологическом интернате, это и снижение зарплат работникам скорой помощи в то время, когда "наверх" идут отчёты об успешном выполнении майских указов. Это и немыслимые 125-центнерные урожаи зерна — с Сергеем Владимировичем Масловым мы озвучили, что скрывается за всем этим барабанным боем. А ситуация с Перинатальным центром!..

Что касается победителя Пайкина, то механизм административной поддержки необходимого кандидата настолько отработан, что противостоять ему можно только с помощью высокой явки. Беда наша и оппозиционных партий, если они есть ещё, что не смогли поднять людей на выборы. Но людей, которые ещё верят в то, что что-то можно менять посредством выборов, в России становится всё меньше и меньше. И вот всё происходит по формуле "Плохую власть выбирают хорошие люди, которые не ходят на выборы". Поэтому всё, что получил г-н Пайкин, это, по моему глубочайшему убеждению, административный ресурс и вбросы, вбросы, вбросы. Но и я, и мои коллеги будем следить за деятельностью Пайкина в Госдуме. Есть много вопросов по поводу того, как он стал миллиардером с доходом в последние два года ноль рублей ноль копеек. Много есть вопросов, и мы их не оставим без ответов. У нас будет не один повод вернуться к этой личности и поговорить о его политических, финансовых достижениях. А возможно — и криминальных.

— Во время избирательной кампании прошёл слух, что вы вывозили свою семью за пределы области из-за угроз. Что это были за угрозы?

— Да. Утром как-то недалеко от моего дома из припаркованного автомобиля вышли двое мужчин и пошли мне навстречу. Один из них спросил, Куприянов ли Александр Александрович перед ним. После утвердительного ответа последовал вопрос, как я с семьёй собираюсь жить после выборов. Я спросил, а в чём, собственно, дело, кто они такие? Полез за телефоном, чтобы засвидетельствовать происходящее, но они быстро сели в машину и скрылись. Я написал заявление в полицию Володарского района. Оно было зарегистрировано. Насколько знаю, по заявлению работают, фотороботы моих собеседников составлены. Номер машины не увидел. Автомобиль был "Волга". К слову, такая же "Волга" ездила за мной потом целый день.

— Вы сказали, что Пайкина могли с выборов снять, для чего был задействован запасной вариант с победителем Гореловым. Известно, что Пайкина могли снять по вашему судебному иску. Мы обратили внимание на то, что о самой подаче этого иска падкие до сенсаций электронные брянские СМИ дружно промолчали и также дружно сообщили о вашем поражении в облсуде и Верховном суде. Почему вы проиграли? На этот счёт не было обстоятельных комментариев. Поэтому сами собой возникали разные версии…

— Сначала о брянских падких на сенсации электронных СМИ. У нас в области нет независимых электронных СМИ! Смею вас заверить. Разве что "Брянский объектив", который старался освещать события более-менее независимо.

— А сайт "Брянская улица", который не раз предоставлял вам возможность высказаться?

— "Брянская улица" на этот раз как в рот воды набрала. Хотя часть правдивой информации здесь всё же просачивалась. Владельцы ресурса не пошли на полную сделку с Пайкиным и стоящими за ним силами. Все остальные интернет-ресурсы полностью легли под кандидата от ЛДПР. Я понимаю, что им тоже было сказано: «Ребята, вы подумайте, как будете жить после выборов». Им тоже, думаю, были сделаны соответствующие финансовые предложения. Заявляю, что никто, кроме "Комсомольца Брянска" и "Брянского объектива", не отражал подлинного характера избирательной кампании. Всё было зачищено под одного кандидата, г-на Пайкина.

Теперь — об иске. То, что мы вначале изложили в бумажном виде, потом было подкреплено и соответствующим видеорядом. Например, вот глава Карачевского района Лужецкая говорит, обращаясь к Пайкину: «Это большой подарок для нашего города, спасибо вам, Борис Романович, огромное!». Речь — о спортивной площадке, установленной в День города Карачева 15 августа. Как оценить то, что первое административное лицо района поддерживает кандидата? Упомянутый избиркомовский юрист Володин говорил, что площадка была установлена по программе реконструкции дворовых территорий. Но этот довод не выдерживает никакой критики. Если посмотреть в Интернете, то 15 августа должны были состояться только торги, то есть должны были решить, кто должен заниматься реконструкцией этой территории. Прокуратура, суд не поддержали наш, считаю, очень убедительный довод об административном ресурсе. Смотрите, статус кандидата в депутаты круглосуточный, и нахождение одного из них в День города в президиуме в то время, как город наводнён рекламными материалами о нём — это ли не прямое задействование административного ресурса? Пайкин стыдливо прикрылся лишь статусом учредителя некоей "Форт-групп", которая уже 2 года не существует. Потом зачем-то приплели, что он является президентом футбольной Ассоциации Ленинградской области. Ну а вообще, что делает представитель ленинградского футбола на Брянщине, в Карачеве? А по поводу подарков… Эти подарки шли в течение всей избирательной компании в виде спортплощадок. Но вот в Карачеве, если он к ней непричастен, то зачем г-жа Лужецкая рассыпается в благодарности к нему, зачем она вместе с Пайкиным перерезает ленточку? И если он непричастен, то почему СМИ перестали после нашего обращения в суд сообщать о подобных вещах, стали осторожнее подавать информацию?

— Нет, осторожнее они стали уже после того, как в интервью нашей газете ваш руководитель по партийной линии Понасов сообщил, что вы собираетесь обратиться в суд. После этого Пайкина стали величать как учредителя компании "Форт-групп", как вы говорите, уже несуществующей. А до этого вообще называли его напрямую кандидатом в депутаты. Чуть ли не «наш кандидат в депутаты».

— Поводов для снятия Пайкина было много. Но наши суды… Если не будет отмашки… Считаю, что суд в Брянске очень долго совещался, прежде чем отказать нам в иске. Не буду утверждать, но это наводит на мысль, что он долго с кем-то советовался. И отказ в иске — всего на полтора листика. Как мы поняли, брянский суд не взял полной ответственности, а переложил её на Верховный.

В заседании Верховного суда участвовал мой представитель Маслов, подробнее обо всём, что там происходило, может рассказать он. Из его рассказа я отметил для себя только одно довольно странное обстоятельство: на это заседание без чьего-либо ходатайства пригласили члена Центральной избирательной комиссии, и он выступал в роли эксперта. На каком основании это было сделано — мы так и не поняли.

Могли ли снять Пайкина? Да конечно могли, не зря же пошла эта информация с его дублёром Гореловым…

— Ваш коллега по кандидатству Курденко полагает, что вообще не стоило соваться в суд без убедительных оснований. Он сообщил также о том, что, напротив, у Константина Павлова были такие основания для подачи иска к его сопернику-единороссу Гавричкову, но почему-то поддержки он не получил.

— Ну, во-первых, сам г-н Курденко не подал даже жалобы, хотя громче других возмущался некоторыми пайкинскими вещами. На встрече с представителем ЦИК Шевченко бил себя в грудь. Он первым выступил после Шевченко и негодовал по поводу того, что всё рекламное пространство занято Пайкиным. Сказал, что будет подавать в суд, добиваться справедливости, потому что такой админресурс — это недопустимо. Я в пику Курденко заявляю, что иск надо было подавать. Хотя бы для того, чтобы была хоть какая-то острастка у этих людей. Мы можем долго рассуждать по поводу того, почему иск не был удовлетворён, но оставаться конформистом — значит лить воду на мельницу этих людей, которые попросту обнаглели от безнаказанности. Я не знаю вообще, что будет дальше. Мы же катимся в пропасть экономического, политического кризисов. Политический может разразиться в любой момент и перевернуть всё с ног на голову.

Я после этой избирательной кампании сделал для себя важный вывод: и всё-таки люди, несмотря ни на что, постепенно просыпаются. Да, это ещё стадия пробуждения. И они уже начинают понимать, что у нас творится что-то нехорошее. То, что творят с их выборным волеизъявлением, загонит ситуацию в полный тупик. Когда на выборы попросту не пойдут. А это мы знаем, к чему ведёт. Народ сам начинает действовать в обход полностью опороченной демократической процедуры. Повторяю, иск подавать надо было. Скажу больше: сейчас мы готовим обращение в Европейский суд по правам человека.

Что касается вопроса о снятии с выборов г-на Гавричкова, то разделю его на две части: как бы я поступил в этом случае и почему Павлов поступил по-другому. Сразу оговорюсь: за Константина я не имею права говорить и судить, это его личное решение. Если бы у меня была возможность, я всё равно подавал бы в суд, это принципиальная позиция. Если я в чём-то неправ, что-то нарушил — подавайте на меня, если неправ другой кандидат — надо подавать на него, каких бы взглядов он не придерживался и в каких бы отношениях вы не были с этим кандидатом. В данном случае на Гавричкова действительно стоило подавать, не только потому, что он нарушал условия проведения предвыборной агитации, но и потому, что он был фаворитом, в пользу которого задействовался админресурс правительства Брянской области. Почему Константин не подал иск? Я считаю, это была стратегическая ошибка его штаба. Если мы в ходе предвыборной кампании работали практически вдвоём с Петром Александровичем Громовым (нам помогали только два юриста — Андрей Соломатин и уже упоминавшийся мной Сергей Маслов), то у Павлова был целый штаб, в который входили как представители КПРФ, так и представители других общественных организаций и движений. Я считаю, что в кампании, где нужна, скажем так, быстрота реакции и очень большая маневренность, такие большие штабы неуместны. Потому что пока мы принимаем решение, ситуация может в корне поменяться. По всей видимости, именно штаб отговорил его от снятия г-на Гавричкова. Возможно, там решили, что пока грызутся два мастодонта — Сахелашвили и Гавричков — у Константина появляется шанс. К сожалению, такого шанса не появилось…

— Но на выходе-то получилось, что за победу боролись не Гавричков и Сахелашвили, а Гавричков и Павлов…

— Да, но здесь нужно учитывать, что базовое наблюдение и базовый контроль за выборами был, всё-таки, на мой взгляд, за наблюдателями и членами комиссий с совещательным голосом именно от Сахелашвили, потому что он кровно был заинтересован в том, чтобы победить.

— Как вы считаете, не мог ли быть связан отказ вашего однопартийца Павлова снимать Гавричкова с выборов с тем, что в павловском штабе были лица, тесно связанные с "серым кардиналом" губернатора Антошиным?

— В то, что сам Константин не пошёл бы на сговор с Антошиным — я верю. Но допускаю, что в его штабе были агенты влияния со стороны Антошина и именно они сыграли свою ключевую роль в принятии решения об отказе снимать Гавричкова. Допускаю такой вариант с большой долей вероятности.

— Очевидно, что прошедшие выборы обнаружили кризис брянской областной власти, для которой, судя по всему, честное волеизъявление граждан — это пустой звук. Но они же продемонстрировали и кризис в вашем партийном региональном отделении. Взять того же Антошина, являющегося вашим однопартийцем. Я имею в виду не только его полуистерическую отповедь на канале "Брянская губерния" по поводу того, что обнародованная видеозапись того, что творится в Трубчевском психоневрологическом интернате, якобы была сфабрикована вами. Тот же Курденко рассказал, как "человек Антошина" внедрялся в окружение других кандидатов с известной целью. Антошин в ваших партийных рядах — не последний человек, он — руководит комитетом облдумы. Как вы смотрите на всё это? Вы, напомню, являетесь секретарем обкома КПРФ, партийным начальником Антошина.

— Сначала — по поводу антошинских обвинений относительно Трубчевского интерната, перинатального центра. Нам ничего не оставалось, как пригласить Сергея Сергеевича на личную встречу. Что мы и делали, дважды обращаясь в областную Думу к её председателю Попкову и самому Антошину. Мы приглашали его в обком партии для встречи с мамами, чьи новорождённые дети погибли в перинатальном центре, и с представителями Трубчевского интерната. Он проигнорировал эти приглашения. Приглашал его на передачу "Вдребезги" и Александр Коломейцев, но и туда не явился. Это, думаю, красноречиво говорит, как он отвечает за свои сказанные публично слова.

Что касается его партийной ответственности, то 7-я партийная организация Советского района, Бежицкий Совет ветеранов и я, третий секретарь обкома Куприянов, обратились в Бежицкий райком КПРФ и теперь ждём рассмотрения вопроса о поведении Антошина. Надеюсь, в ближайшее время состоится собрание первички, и она рассмотрит это дело. Надеюсь, у руководства райкома достанет духу организовать это собрание. Мы рассмотрим этот вопрос, потому что то, что говорил Антошин в телеэфире, напрямую противоречит позиции обкома и ЦК партии, которые выдвинули меня кандидатом в депутаты. Публично очернять, поливать грязью выдвинутого кандидата, однопартийца по меньшей мере недостойно. Ещё один момент: г-н Антошин мелькал в свите Пайкина. По-иезуитски объяснял это тем, что он в Думе возглавляет физкультурный комитет, а так как открывается спортплощадка, то при этом он не мог не быть. И так везде и во всем. Я понимаю, что надо обкому собраться и за многие, многие, многие нарушения исключить г-на Антошина из рядов КПРФ. Но сделать это надо так, чтобы не повесить на него ореол мученика. Он и так у нас, бедный, настрадался. Некоторые коммунисты могут оценивать действия Антошина по-своему, так же могут это делать и в ЦК партии. Но есть устав, есть совесть, в конце концов. Я считаю: Антошин не является коммунистом, вся его деятельность направлена на дискредитацию компартии. Одна его порочная связь с губернатором, который, скажем так, противостоит компартии и, убеждён, народу Брянщины — одно это говорит о том, что он не должен находиться в партии. Но есть установленная процедура…

— Выборы прошли, жизнь продолжается, и что дальше?

— Ещё прошлогодние выборы показали, что у нас в партии налицо кризис. Уже тогда надо было сделать выводы. Что надо полностью пересмотреть взаимоотношения КПРФ с властью, нужно перестроить работу с регионами. Брянскому обкому надо действовать активнее, наступательнее. Надо добиваться более широкого присутствия в органах законодательной власти и не рватьcя в исполнительную власть — в губернаторы, мэры. Это моё личное мнение. Человек, как показывает пример с Потомским, попав в нынешнюю систему исполнительной власти, ничего не может сделать. Или не хочет.

В личном плане? Буду продолжать проект "Доктор Правда". Только сделать его надо более серьёзным, масштабным. Надо усиливать идеологическую работу в партии. Нужно приводить в неё людей с убеждениями. Считаю, что необходим испытательный срок, нужно доказать, что ты поддерживаешь партийные идеалы. У нас впереди — президентские выборы. Как мы их пройдём? Боюсь, что и для партии, и для России могут наступить очень сложные времена.

Владимир ПАНИХИН

Читайте ещё